СНОВА о «МАЛЮТКАХ» В.С. Патрушев. Статья в журнале "ОСК"

Периодически возникающий на морских салонах и выставках интерес к малым (сверхмалым) подводным лодкам и различные суждения, высказывания многочисленных «экспертов» по облику и вооружению этих ПА побуждают обратить внимание всего круга лиц, интересующихся будущим этих ПЛ, на некоторые аспекты.

Для общего понимания: малые ПЛ предназначаются только для тех районов плавания, где применение обычных неатомных и атомных ПЛ нецелесообразно (или невозможно) из-за больших размеров и избыточности вооружения. И ни в коем случае не следует понимать, что МПЛ должны полностью заменить традиционные ПЛ.

Они предлагаются в дополнение к ним.

На мой взгляд, при обсуждении предлагаемых обликов малых ПЛ чаще всего рассматриваются варианты МПЛ сравнительно далекого будущего, не отвечающие промышленно - экономическим реалиям времени.

Безусловно, любой подводник, любой флотоводец, участвующий в разработке программы вооружения своего флота,

ВМС в целом, хочет получить корабль, оснащенный по последнему слову науки и техники, с почти фантастическими боевыми возможностями. И в принципе понятно желание получать новые корабли с новейшим РЭВ, оружием и перспективными анаэробными энергоустановками. При этом в расчет практически не берется тот факт, что от «последнего слова науки» до создания серийного образца техники — дистанция огромного размера (по времени и финансам). Кроме того, для создания почти фантастических образцов техники и вооружений требуется иметь или создавать заново (либо практически заново) производство, то есть предприятия промышленности со всей инфраструктурой и кооперацией, производственным персоналом и т.п.

Стремление разместить на неатомной (значит, с более низкой, чем на атомной ПА, энерговооруженностью) подводной лодке значительное количество вооружения, увеличить автономность и скоростные характеристики не позволяет минимизировать габариты лодки и численность экипажа.

Весьма существенно затрудняет уменьшение размерений ПЛ крайне недостаточная автоматизация, обусловленная отсутствием интегрированной системы управления всеми техническими средствами корабля и всем его вооружением, изготовленной на современной, но отечественной микроэлементной базе. Говорить же о главенстве критерия «эффективность-стоимость» при таком подходе к определению тактико-технических характеристик будущей лодки бессмысленно.

В то же время отказ от ведущихся разработок анаэробных двигательных установок для неатомных ПЛ нецелесообразен - более того, очевидно, что недальновидное прекращение этих работ, широко развернутых в 50-е годы, лишило наш ВМФ лидирующих позиций в мире. Эти работы необходимо в максимальной степени интенсифицировать, несмотря на то, что, к великому сожалению, сроки выполнения этих НИОКР и затраты на них еще очень велики. Кроме того, следует учитывать тот факт, что анаэробные установки требуют создания сложной, дорогостоящей и уязвимой от военного воздействия инфраструктуры.

Сложившаяся после роспуска Варшавского договора, распада Советского Союза и расширения НАТО на Восток геополитическая обстановка, затянувшаяся на долгие годы реформа Вооруженных сил и, соответственно, ВМФ России коренным образом изменили расстановку сил на морских театрах. Являвшиеся когда-то практически внутренними для СССР и стран ОВД Черное и Азовское, Балтийское и Каспийское моря стали морями многих государств, имеющих или желающих иметь свои территориальные воды, экономическую зону и притязания на шельф (либо часть дна на Каспии). Более того, акватории Балтики, Черного и Азовского морей стали доступны для кораблей стран НАТО вне зависимости от России. Уже события августа 2008 года наглядно показали, что имеющийся в настоящее время потенциал ВМФ России на этих морях не позволяет в силу недостаточности и несбалансированности корабельного состава в полной мере с должной степенью эффективности решения свойственных задач выполнять свои функции не только в военный и угрожаемый период, но и в мирное время.

Вероятность обострения политической ситуации с возможным переходом к вооруженным конфликтам (либо региональным войнам) стремительно нарастает. Необходимо искать способ быстрого и сравнительно недорогостоящего наращивания подводных сил в опасных районах. Скорее всего, на таких театрах должны быть востребованы малые дизельные ПЛ. Думается, что не все из опыта применения подводных лодок в минувшей 67 лет назад войне устарело. Касается это не только командирского опыта, но частично и вооружения. Видимо, рано списывать и считать устаревшими малые подводные лодки, бывшие в те годы самыми массовыми во флотах воюющих государств.

Если еще раз глубоко обдумать возможную оперативно-тактическую модель применения МПА — без крайностей типа «завоевания господства в Мировом океане и его окрестностях», а сугубо применительно к задачам, которые можно возложить на эти ПЛ, — то четко вырисовываются излишества, предлагаемые потенциальному заказчику таких МПА. Отсюда и избыточные оперативно­тактические требования, закладываемые в конкретные ТТЗ на проектируемый корабль. Любой конструктор скажет, что несуразность требований по универсализации корабля (ПЛ), его способности решать почти или весь комплекс задач ВМФ ведет к бессмысленному насыщению корабля образцами вооружения, неконтролируемому увеличению габаритов и стоимости.

К примеру, вернемся к районам возможного применения - это в основном мелководье (в том числе северных морей), прибрежные районы, островные и архипелажные зоны. Сразу возникает вопрос: для чего им (МПЛ) глубина погружения до 300 метров? По критерию «эффективность-стоимость» это излишние габариты, количество металла на корпус (то есть стоимость), затраты на обеспечение живучести (в том числе систем ВВД, запаса плавучести, систем погружения-всплытия и т.п.). Для решения задач борьбы с пиратством, контрабандистами и террористами в морях ЮВА, прибрежных районах и проливных зонах такие глубины погружения явно избыточны!

Стремление оснастить МПЛ с экипажем в несколько человек анаэробной установкой (ВНУ) для действий в ограниченных мелководных или островных районах выглядит как попытка установки на малолитражный городской автомобиль атомного реактора с целью сэкономить на бензине. Более того, в погоне за бессмысленным увеличением автономности плавания практически не учитываются ограничения по запасам продовольствия (то есть габариты- водоизмещение), физиологические (по медицинским показателям) возможности экипажа, связанные с достаточно длительным пребыванием в крайне ограниченном замкнутом пространстве, без тренажеров, зон отдыха и т. п. При этом сравнение с космонавтами-астронавтами орбитальных станций, на мой взгляд, не будет корректным.

В то же время достаточно выигрышно выглядит возможность базирования МПЛ в условиях отсутствия развернутой инфраструктуры. Малая численность экипажей и, соответственно, личного состава соединения (возможно, дивизиона МПЛ из нескольких единиц) позволит базироваться постоянно либо в положении дежурства (временное базирование) у одного причала (плавпирса) или плавбазы (типа рыболовного траулера, сейнера и любого другого небольшого судна) даже в точке укрытой якорной стоянки, закрытой бухточки и т. п.

В портфеле российских проектантов имеются различные варианты проектов, устраивающие по предлагаемым тактико­техническим характеристикам достаточно взыскательных инозаказчиков государств ЮВА и региона Индийского океана. Но только петербургское СПМБМ «Малахит» пока еще остается одним из очень немногих в мире КБ, имеющих практический опыт создания малых и сверхмалых подводных лодок (небезызвестная «Пиранья»).

К примеру, предложенные СПМБМ «Малахит» на морских салонах последних лет проекты МПЛ прибрежного действия с малочисленным экипажем за счет высокой степени автоматизации обладают повышенной дальностью плавания, высокой скоростью, маневренностью и боевой эффективностью.

Они предназначены для охраны побережья, борьбы с кораблями противника, уничтожения береговых сооружений, минирования акваторий, высадки разведывательно-диверсионных групп, ведения разведки и спасательных операций.

Эти дизель-электрические МПЛ с глубиной погружения 200-300 метров с экипажем 5-9 человек, оснащенные литий-ионными аккумуляторными батареями, обладают автономностью 20-30 суток, дальностью плавания 2000-3000 миль. Для заказчика, не стесненного в средствах, предусмотрена возможность оснащения этих МПЛ отсеком с ВНУ. Имея в боекомплекте торпеды (крылатые ракеты) калибра 533мм в ТА и мины в забортных минно-сбрасывающих устройствах (МСУ), эти МПЛ, прекрасно дополняя традиционные подводные силы, способны практически полностью решать свойственные ПЛ задачи в прибрежных, островных и проливных районах морей ЮВА и региона Индийского океана. Особенно привлекательно выглядят в свете последних взглядов на применение сил (войск) специального назначения возможности этих МПЛ по доставке боевых пловцов.

Если взять за основу вариант проектирования и строительства МПЛ с использованием уже существующих (имеющихся) разработанных (принятых на вооружение) образцов радиоэлектронного вооружения (РЭВ) и оружия — даже в экспортном варианте, — то имеется возможность в кратчайшие сроки и с минимальными затратами спроектировать и построить небольшую, но минимально достаточную серию МПЛ для обеспечения ими Балтийского, Черного, Каспийского и дальневосточных морей.

Проектирование и строительство серии из 3-4 МПЛ на одном заводе, по предложениям «Малахита», при соответствующей организации может занять от 4 до 6 лет.

Немногочисленный за счет высокой степени автоматизации управления системами и оружием корабля экипаж (5-9 человек) обеспечивает преимущества малых ПЛ как в габаритах, так и по необходимой для обеспечения их жизнедеятельности береговой инфраструктуре перед иностранными НАПА третьего-четвертого поколений и отечественными ДЭПА. Высокий уровень практически полной автоматизации ранее зарекомендовал себя на «малахитовских» ПЛА проекта 705. На предлагаемых МПА подобная высокая автоматизация может быть обеспечена как поставляемыми петербургским НПО «Аврора» на экспорт для ДЭПА системами управления оружием и техническими средствами, так и перспективными разработками конструкторов НПО «Аврора» для новых ДЭПА.

Только исходя из условия минимальных сроков обеспечения флотов жизненно необходимыми и недорогими МПА, способными поддержать боеспособность флотов на закрытых морских театрах, необходимо повернуться лицом к малым подводным лодкам и срочно развернуть их строительство.

Возвращаясь к вопросу о месте строительства, целесообразно рассмотреть возможность использования не только «Адмиралтейских верфей», загруженных строительством ДЭПА и работающих на экспорт, но и развертывания строительства МПА на Амурском судостроительном заводе. Водоизмещение этих МПА не потребует значительных первоначальных затрат на модернизацию (реконструкцию) цехов, бассейна и других гидротехнических сооружений на АСЗ и фарватере, и, кроме того, частично решится проблема восстановления судостроения на Дальнем Востоке, подготовка производственных кадров судостроения и судоремонта для всего дальневосточного региона и возможность производства подобных МПА на экспорт.

Малые габариты предлагаемых МПА позволяют ориентироваться на их транспортировку в европейскую часть РФ по железной дороге.

Поделиться ссылкой: